Культура мышления и работа над ошибками: рецензия на статью про "Настоящего полковника"

Уточнение своего мировоззрения – процесс бесконечный,
а регулярная практика в этом – есть йога познания.

Прошло уже несколько лет с момента работы над ошибками, которую я проделал в отношении статьи «Где же ты «настоящий полковник»?», посвящённой мужско-женским отношениям. Рецензию на нее я написал еще в 2013 году, однако оставил без публикации, с тех пор мои представления претерпели еще некоторые изменения. Теперь рецензия отлежалась, пересмотрена и может быт опубликована, скорее не в качестве изложение нового взгляда, а как пример критического самоосмысления…

Борис Пахоль – 2016 год

Вструпление

Прошло много лет со дня публикации статьи про «Настоящего Полковника». В свое время статья достаточно нашумела в интернете, вызвав неоднозначные реакции.

На днях, перечитывая свои работы, я вдруг наткнулся на эту статью и озадачился. Чувство ответственности заставило меня пересмотреть ее, сделав своеобразную работу над ошибками.

Пересмотр своих представлений о мире является нормой любого развивающегося человека и, вполне возможно, через некоторое время у меня возникнет необходимость сделать рецензию рецензии… Впрочем, это столь очевидно, что не требует дополнительных разъяснений.

Любой текст, будь то научный или публицистический, пишется автором в конкретных условиях его жизни и являет собой своеобразную квинтэссенцию его размышлений того периода. И если научные труды обусловлены в основном уровнем образованности автора, его интеллектуальными данными и доступностью объективных знаний о мире, то публицистический текст, кроме всего вышеперечисленного, является отражением актуальных вопросов личностного развития автора, и обусловлен его мировоззренческими убеждениями, значимыми проблемами и стереотипами мышления.

Поэтому, рецензию я решил писать в несколько ироничной манере, от третьего лица, гротескно высвечивая «дырки» автора. Специально для того, чтобы даже неискушенный читатель смог насладиться, а может быть и потому, что испытываю чувство глубокого сожаления о том, что когда-то написал данную статью…Итак…

Рецензия на статью «Где же ты «настоящий полковник»?»

Нарушение 1 «Однобокость статьи претендующей на всесторонний охват темы, как следствие защитного механизма психики (далее ЗМП) ПРОЕКЦИИ или ложных аргументов».

Тема, поднятая автором – это тема семейных отношений. На момент написания статьи автору было 28 лет. Возраст, в котором тема семьи становится достаточно актуальной. Однако, тема высвечена как проблема «современных женщин», что мол мало «настоящих мужчин» и много «жаждущих женщин». Такая однобокая постановка вопроса это своеобразный защитный механизм проекции. Гораздо легче разбираться в чужих проблемах. И вполне понятно, почему выбор пал именно на проблему женского поиска. Про проблему мужского поиска автор практически ничего не говорит, как будто ее нет. Конечно, можно предположить, что у автора есть ощущение мужского превосходства над женским полом, что вполне оправдывается этологическими рассуждениями (ЗМП «интеллектуализация»), а также существующей в нашей культуре патриархальностью (ЗМП «играние ролей»). Но тогда необходимо будет признать, что мнение автора мифологично, и сводит на нет все попытки рассмотреть проблему с научной и максимально широкой позиции.

Нарушение 2 «Противоречие и использование личной эмоциональной оценки в качестве аргумента»

Автор явно не объективен в отношении к женскому полу, считая его «зависимым» от мужского, однако иерархию мужских особей выстраивает так, что большая часть из них вообще должна остаться в пассивном положении еще более зависимом, чем женщины. Очевидно логическое противоречие.

Пример в логике не является доказательством, и даже если в жизни автора встречались именно такие «зависимые» женщины это еще не повод считать всех такими. Но даже если это так, то личная эмоциональная оценка в логике все равно не является аргументом.

Нарушение 3 «Аналогия не является доказательством: схожесть признаков не означает тождественность»

Из мужчин, определяющих общественное устройство, автор выделяет только «альфа самцов», а точнее тех, кто несколько противопоставляет себя социуму, что выделяет данный тип мужчин в особую позицию даже по отношению к мужскому населению в целом. Этологический взгляд на человеческие отношения, по всей видимости, лег на «благодатную почву», подкрепив личные амбиции автора, возможно, именно поэтому, он проигнорировал логическое нарушение и применил аналогию поведения некоторых видов животных к человеку без каких-либо оговорок. Данное нарушение более подробно мы рассмотрим ниже.

Нарушение 3 «Использование метафор и неопределенных, полисемантических категорий в утверждениях которые доказываются, в аргументах или связях между ними»

Странная картина, обрисованная автором, конечно же, отражает существующие социальные стереотипы и наиболее распространенный в обществе миф «рыночности», с присущей ему спецификой распределения социальных ролей в паре. Однако, для того, чтобы сделать объективные выводы, необходимо рассматривать общественные отношения с более глобальных, чем мифологических позиций. Брать в скобки миф своего рассмотрения, как частный случай. Только в таком случае можно объективно, без личной эмоциональности, рассмотреть проблему и найти пути решения. В нашем же случае, даже сама постановка вопроса уже мифологична, в этом смысле статья, претендующая на объективный анализ, становится очередным описанием и без того известной всем картины.

Вот, например, в начале статьи автор описывает атрибуты и места обитания «настоящего мужчины», которого, почему-то именно его, ищут многие женщины: «В транспорте они не ездят, в парки не ходят, кино и другие развлекательные мероприятия не посещают, а если и посещают, то с женами или подругами. Действительно, в связи с бизнес - загруженностью или активным отдыхом современный «интересный» мужчина практически не появляется «в обычном миру». Хотя, иногда, его можно встретить в некоторых дорогих заведениях, но при этом ни о каких серьезных отношениях говорить не приходится, т.к. он полностью поглощен делами или поиском кратковременного отдыха.» - такое описание явно указывает нам на приоритеты женского пола при выборе мужчины и они явно лежат вне сферы сексуальности или же сердечности. Более того, сексуальность почему-то отождествилась у автора с материальным положением, что, объективности ради,  в большинстве случаев не совпадает.

Нарушение 4 «Фетишизация собственных представлений и исключение из пространства критического анализа эмоционально нравящейся концепции»

Также указывается на наличие в обществе стереотипов семейных отношений, описываются их примеры и выявляются внутренние неврозы их породившие. Однако явно «рыночная» ориентация женщин, связанная с поиском «статусного, материально обеспеченного мужчины» почему-то не рассмотрена автором как невротическая. Возможно, именно не осознание автором данной типа невротических отношений и является причиной однобокости его статьи.

Нарушение 5 «Интеллектуализация, как защитный механизм психики - подгонка научных гипотез в качестве объяснений объектов с ними не связанными», а также уже упомянутая «Аналогия».

 «В большинстве случаев женщины мечтают о мужчине-лидере, статусном, сексуальном, общительном, эрудированном и притягательном для противоположного пола, который знает себе цену и умеет держать себя в обществе. Но будет ли женщина счастлива с таким партнером? Ответ на данный вопрос дает наука этология. » - попытка сослаться на этологию, тоже вполне понятна. В природной среде, в особенности на обезьянах замечено объединение социальной и сексуальной функции. Это направленность на обеспечение сохранения вида. И вполне может считаться хорошим обоснованием поведения животных. Однако, такая аналогия не вполне корректна в отношении людей, имеющих более развитую систему потребностей и желаний, выходящих за пределы инстинктивной сферы.

Хотя само описание поведения и мотивации животных описано вполне в согласии с этологическими воззрениями. Мы говорим о некорректности сравнения животных и людей.

Нарушение 6 «Абсурдность или наличие внутренних противоречий в гипотезе»

А вот несколько слов о мужчинах: «Если мужчина - не лидер (обладатель не лучшего в данной стае генотипа) то, на него выбор самок падает менее всего. Социально и сексуально фрустрированный из-за своей репродуктивной не значимости, он вынужден быть «примерным семьянином» из-за отсутствия состояния внутренней целостности, страха потерять связь с противоположным полом или остаться без женской поддержки и семьи, символизирующей его сопричастность с социумом. Обратим внимание, что состояние незначимости может проецироваться и на другие сферы жизни» - такая постановка вопроса требует от каждого мужчины непрерывно стремиться к асоциальности, все остальные должны обязательно испытывать свою ущербность. Что, в общем, соответствует наиболее распространенному в современном обществе неврозу, а автором статьи возведено как норма и природное положение вещей.

Нарушение 7,8 «Гиперобобщение» и «Рационализация»

В абзаце, посвященном актуализации «экзистенционального выбора» женщины автор делает как минимум две ошибки»:

1.     Гиперобобщение: «Экзистенциональный выбор» всегда уникален, а в данном контексте он имеет место у каждой женщины.

2.     Рационализация: Желание иметь семью не всегда связанно со страхом не стабильности, существует масса других мотивов, например, рождение детей или ощущение родства, есть и другие причины, как- желание доминировать или иметь помощников в старости.

Нарушение 9 «Мифологизация»

Как минимум, автор путает две категории семья и брак, а как максимум, занимается «интеллектуализацией» на тему мужско- женского неравенства. Представления о мужско- женском неравенстве достаточно распространены в социуме и не являются чем-то уникальным, все тот же миф «рыночности», где мужчина выступает в качестве покупателя, а женщина в качестве товара, однако автор не рассматривает их в качестве одной из форм невротического поведения.  Более того, автор считает данный тип отношений правильным, природным или гармоничным, что говорит о личной эмоциональной вовлеченности, в так называемый, «рыночный» миф общественных отношений.

Нарушение 10 такое же как и Нарушение 4 «Фетишизация собственных представлений и исключение из пространства критического анализа эмоционально нравящейся концепции»

Далее автор делает ремарку и описывает несколько сложившихся в обществе стереотипов мужско-женских отношений. Что, безусловно, говорит о широте взглядов автора и некоторой глубине понимания вопроса. Описание достаточно интересное, действительно указывающее на невротичность, однако, учитывая игнорирование нецелостности своей личной позиции, выводы автора получились более чем странные.

Действительно: «Описанные варианты стереотипов семейных отношений базируются на ощущении собственной не целостности. Таким образом, проблема заключается в конфликте между «природными» и привычными представлениями о семье» - сказанное верно, но из этого абзаца следует также, что существует как минимум один «непривычный вариант семейных отношений», не противоречащий природе человека. Но, нет, автор в следующем абзаце опершись на известных психологов делает однозначный вывод о том, что «семья» как таковая это форма компенсации невроза. Возможно, в большинстве случаев это и так, учитывая наличие невротических сценариев мужско-женских отношений. Однако, возможен, минимум один гармоничный вариант, но автор его, опять таки, игнорирует.

Нарушение 11 «Использование неопределенных или пустотных категорий»

Также неопределенность категории «семья», приводит к постоянным смысловым неопределенностям. Автор говорит о браке, семье или о каком-то другом объединении людей. Так, например, категория «Брак», может рассматриваться как объединение на основе договора между людьми, а «Семья», как группа людей, объединенная по признаку общей крови. Но возможны и другие варианты определения категории «Семья», основанные совершенно на других основаниях. Выводы данные на основе неопределенных категорий не имеют смысла.

Нарушение 12 «Подмена обсуждаемой темы в момент выявления отсутствия аргументов для первой»

Далее, автор пытается дать вариант решения проблемы. Но начав в первом пункте с осознания своих мотивов, что является неотъемлемой частью любого духовного процесса, делает во втором пункте странное заявление, что нужно устранять «причины тяготения к семейной жизни». Далее автор делает оговорку, как бы понимая, что он имеет ввиду не «семью и тягу к семейности», а невротические формы отношений и говорит: «Если же вы хотите искренних отношений, то семья в привычном понимании - не для Вас». Вот именно в словах «в привычном понимании» можно заметить, что автор заметил свою оплошность, однако, в контексте вышесказанного, данная поправка скорее смотрится странным отступлением от изначальной позиции, чем ремаркой, на которую нужно обязательно обратить внимание читателю.

Теперь о приятном, абзацы про детей и их воспитание, самый трогательный и безобидный момент статьи. И, наверное, с ним согласится практически любой здравомыслящий человек.  Такое впечатление, что поднятая тема и основания, на которые она опирается, идет в полном противоречии с остальной статьей. Например, воспитание детей подразумевает родителей, взявших ответственность, т.е. людей, объединившихся не невротично. Люди оказывается, могут общаться не невротично, например, обучая новое поколение, и «человек – существо социальное», а не асоциальное в пределе своего «социального  развития», как говорилось до этого.

Нарушение 13 «Истинность следствия не гарантирует истинность причин к нему приведших»

А вот выводы после детской темы неоднозначны. Это даже не выводы, это «наставления» девушкам. Причем девушкам «неудачницам», которым обязательно нужно, чтобы на них обращали внимание статусные мужчины. Непонятно, почему автор решил, что несчастье девушек лежит именно в сфере материального неблагополучия и почему девушка, найдя материально обеспеченного «полковника» будет счастлива, ведь денег он ей не даст, да и детей воспитывать она будет сама или в равных долях.

Нарушение 14,15 «Подмена понятий» и «Противоречивость утверждений»

Также автором делается подмена сексуальной привлекательности и статусности. Непонятно как человек, который независим от «социальных программ», тут, видимо, автор оговорился, имея ввиду невротические программы, а не социальные нормы, как например правовые, повышает уровень своей привлекательности? Очевидно, что никак, однако, это может быть объяснимо, учитывая смешение двух категорий сексуальности и финансовой состоятельности, и если не брать во внимание, что понятия «асоциальность» и «социальная развитость» противоречат друг другу.

Человек социально реализованный «не асоциален», напротив, он предельно ощущает свои и социальные интересы и умеет максимально полно поддерживать их обеспечение. А «асоциальность» подразумевает, наличие у человека форм социально неприемлемых, а значит, нарушающих чьи-то социальные интересы, что противоречит «социальной развитости». Собственно последний абзац: «Напомним, что лидер - это человек, который всегда немного асоциален, тем нас и привлекают «настоящие полковники»!» - является квинтэссенцией этого противоречия.

Вобщем, можно сказать, что тема для автора явно значима, но не додумана, и попытка размышлений на актуальную тематику, слишком рано вылилась в статью. Однако является замечательным материалом для людей практикующих «Джнана йогу».

                                                                                                                           Борис Пахоль  – декабрь  2013 года

Борис Пахоль | Управление людьми или учимся на ошибках: путь страдания или познания.

В беседах с Топ руководителями компаний, последнее время, все чаще поднимается вопрос о долговременной неэффективности используемых ими HR инструментов. Казалось бы растет уровень профессионализма, посещаются тренинги и лекции ведущих HR технологов, а успешно руководить удается только тем, кто интуитивно делает что-то, зачастую, не вписывающееся ни в какие правила. 

Кстати, именно поэтому, HR встречи и клубы где удается обмениваться опытом успешных проектов наиболее интересны и актуальны последнее время. На них люди делятся своими прозрениями, новыми взглядами, а не теориями и взаимными поглаживаниями. Опершись на переживания, творческий поток выступающих коллег, можно пересмотреть и свои позиции, свои правила и принципы.

Практически каждая компания в своей жизнедеятельности сталкивается с разнообразными трудностями: формирование команды, поиск ключевых клиентов или поставщиков, решение технических, юридических или экономических вопросов и т.п.

Однако, каждая не гармонично решенная проблема оставляет свой отпечаток влияющий на всю дальнейшую деятельность компании. Так например, не выстроенная корпоративная этика приводит к высокой текучке кадров, не правильно подобраный персонал - к невовлеченности сотрудников, конфликтность топменеджмента - к сбою в работе с внешними контрагентами, отсутствие глобальных целей - к эффекту "рутинизации" и тд.

По сложившейся "традиции", многие HR и CEO, смотрят на текущий срез напряжений поверхностно, анализируя внешние причины приведшие к сложившейся ситуации. По-сути и зачастую, анализ сводится к сбору симптоматики и поиску внешних причин приведших к проблемам, а основная стратегия решения проблем лежит в устранении внешних факторов вызвавших или вызывающих болезненные симптомы.

В психологии данный защитный механизм называется "проекцией или экстернализацией". 

Редко, кто задумывается о глубинных психологических корнях лежащих в основе той или иной проблемы компании, более того, редко кто из Топ менеджмента склонен искать ключи решения внутри себя. Однако, именно такой подход, дает долговременные позитивные результаты, а улучшение внешних инструментов влияния, приводит только лишь к все большей неудовлетворенности ими и постоянным поискам все более сложных, в чем-то манипуляционных, технологий, только увеличивая иммунность людей к подобного рода влияниям, а проблемы-то остаются теми же.

• 1.     Подавляющая часть проблем управления людьми имеет психогенные корни. 
• 2.     Попытка же не решать симптомы с помощью внешних инструментов, зачастую, является также симптомом.
• 3. Более того, психологический анализ инструментальных методов используемых для устранения симптоматики в компании, как правило, имеет отношение корню проблемы.
• 4.     Обращение управленцев к психологическим знаниям, внимательность к чувственно-эмоциональной сфере коллектива, личная психологическая и духовная практика, а также культура мышления - путь к гармоничному управлению людьми.

© Борис Пахоль – 2014 год

Борис Пахоль | Мотивация человека: актуальность современного психологического анализа (1 статья цикла Мотивация Человека)

По поводу мотивации человека написано очень много статей и книг. Практически каждый руководитель считает себя специалистом в данной теме. Бизнес-тренеры и консультанты придумывают все более интересные подходы при освещении данной проблематики, облекая ее в порой фантасмагорические образы. Более продвинутые из них, осознав всю сложность научного постижения данного вопроса, стараются опереться на эзотерическое понимание энергетической природы данных процессов, что, также требует более серьезного научного изучения и личной мистической практики.

Такого многообразия подходов и взглядов, пожалуй, не пережила ни одна научная тема, что только подтверждает ее актуальность и фундаментальность для любой, сколько-нибудь серьезной, научной работы в области человеческой психики.

Большая часть кулуарных и интернет споров относительно выбора современной системы управления персоналом, стратегии и критериев саморазвития и развития людей, принципов формирования корпоративной культуры или же методик маркетинговых исследований и пиара, так или иначе базируются на представлениях о глубинных движущих силах человека, их структуре, механизмах влияния и отношениях с другими психологическими феноменами.

В ближайшем цикле статей, я решил более глубоко, чем это обычно принято для управления, разобраться в МОТИВАЦИИ ЧЕЛОВЕКА. И приглашаю читателей, которым сейчас более актуально заниматься иными вопросами своего саморазвития, к прочтению моих размышлений и, возможно, более глубокому пониманию всей необъятности данной проблематики.

Итак, Заметка №1 «Вступительная»)))

Борис Пахоль | Мотивация человека:
актуальность современного психологического анализа

Основанием любой научной деятельности является желание познания принципиально новых закономерностей, что необходимо подразумевает аксиоматическое допущение, что закономерности существуют. И существуют они не только в качестве ноумена, но и, как психологический феномен. Данное предположение базируется на ощущении взаимосвязанности воспринимаемых нами явлений. Именно ощущении, так как ощущаемое нами желание находить взаимосвязи, подразумевает, наличие соответствующей потребности, а следовательно и ощущения связанного с ее удовлетворением, - ощущения взаимосвязанности. Практически каждый, кто имел опыт научного познания, помнит данное ощущение в момент поиска и формулирования гипотезы, когда взаимосвязь только ощущается, но еще не сформулирована в понятийных конструкциях.

Однако, если предмет точных наук лежит вне сферы психологических феноменов, то психология изучает именно их. И вопросы природы мотивов побуждающих человека к какой-либо деятельности, являются одними из фундаментальных в психологии.

Как уже было сказано выше, любая деятельность человека имеет свои психологические основания, которые феноменологически обнаруживаются в виде желаний совершить ту или иную деятельность с целью испытать специфическое ощущение удовлетворения той или иной потребности. Потребность же сама обнаруживается в виде потребностного ощущения и желания совершить какую-либо деятельность, направленную на получение искомого ощущения удовлетворения.

В данной работе мы специально будем делаем акцент на ощущаемых феноменах, в связи с тем, что многие авторы утрачивают связь своих теоретических построений с психологическими реалиями.

Так, например Абрахам Маслоу в своей книге «Мотивация и личность» [1], неоднократно оправдывает свою теорию перед представителями академической науки, чего можно было бы вполне избежать если бы категории: потребность, желание, мотив, цель, намерение, смысл и т.п. – были бы более точно определены и сведены к первичным категориям описывающим непосредственно ощущаемые феномены. Примерно такая же ситуация стоит и в академической психологии, проблема определения базовых понятий, не решена до сих пор.

Более глубоко с позиции академической науки вопросы мотивации человека разрабатывали С.Л.Рубинштейн и А.Н.Леонтьев. Они решили рассматривать внутренний мир человека через призму его внешних деятельностных проявлений, иерархия деятельностных проявлений стала основой иерархии мотивационных доминант – являющих собой психологический портрет личности. Такой подход, позволяет сохранять связь с реальностью, и дает необходимые для академической науки инструменты для проведения экспериментов.

Так, например, дифференцируя потребности и мотивы А.Н.Леонтьев, говорил, что: «до своего первого удовлетворения потребность «не знает» своего предмета» ... и потому он «должен быть обнаружен» [2]. Только в результате такого обнаружения потребность приобретает свою предметность, а воспринимаемый (представляемый, мыслимый) предмет – свою побудительную и направляющую силу, т. е. становится мотивом».

В этом смысле, можно предположить, что А.Н. Леонтьев мыслит категорию «потребность» как ноумен, что позволило бы более адекватно воспринимать теорию мотивации, точно отделяя феноменологическую составляющую, ощущаемое, от теоретических интерпретаций. Однако, в потребности А.Н. Леонтьев видит источник энергии действия, а значит считает данную категорию не умозрительной, а описывающей некое структурное психическое образование, существующее, однако не воспринимаемое нами непосредственно до момента его проявления в мотиве.

Исследование мотивационной сферы человека, тут мы будем под данным понятием понимать всю совокупность феноменов и факторов побуждающих, определяющих и влияющих на поведение человека, является одним из приоритетных в психологии.

Так, например, Б. Ф. Ломов, отмечает, что в психологических исследованиях деятельности вопросам мотивации и целеполагания принадлежит ведущая роль. «Трудность здесь состоит в том, – пишет он, – что в мотивах и целях наиболее отчетливо проявляется системный характер психического; они выступают как интегральные формы психического отражения. Откуда берутся и как возникают мотивы и цели индивидуальной деятельности? Что они собой представляют? Разработка этих вопросов имеет огромное значение не только для развития теории психологии, но и для решения многих практических задач» [3].

Вполне понятно, в связи с чем, вопросам мотивации человека посвящено большое количество научных трудов русскоговорящих (В.А.Снегирев, В.И.Несмелов, Л.М.Лопатин, Л.С.Выготский, С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев, А.А.Ухтомский, В.С.Мерлин, Б.Г.Ананьев, П.М.Якобсон, В.В.Столин, Б.И.Додонов, В.К.Вилюнас, Л.И.Божович, А.С.Арсеньев, Е.П.Ильин, В.А.Брушлинский, А.Г.Асмолов, Б.С.Братусь, К.А.Абульханова-Славская и др.), и иностранных авторов (З.Фрейд, К.Г.Юнг, А.Адлер, К.Хорни, В.Райх, К.Левин, Г.Оллпорт, А.Маслоу, Х.Хекхаузен, Р.Эммонс, В.Франкл, Р.Фрэнкин, Дж.Капрара, Я.Стюарт-Гамильтон, Р.Л.Аткинсон, Л.Хьелл, Д.Зиглер, С.Мадди, К.Холл, Г.Линдсей и др.) [4].

Обилие литературы по данному вопросу говорит, с одной стороны, о многогранности темы, а с другой, об отсутсвии единых научных представлений и системного подхода к рассмотрению процесса мотивации вследствие чего любой фактор, влияющий на возникновение побуждения и принятие решения, объявляется мотивом, а возникающая терминологическая путаница сводит на нет любые попытки объединения научных теорий.

Однако, данная проблема нам видится лежащей в области мотивов научной деятельности авторов, ведь не предвзятый взгляд настоящего исследователя позволяет увидеть в различных гипотезах много ценных находок, которые можно использовать при построении целостной и непротиворечивой теории мотивации человека.

Сложившаяся ситуация осложняется еще и тем, что психологов которые занимаются фундаментальными вопросами человеческой природы крайне мало, а четкие требования ВАК при написании научных работ заставляют некоторых авторов из страха выбирать очень узкие темы исследований, что не позволяет пересмотреть парадигмальные основания на которых базируются интерпретации исследований. Зачастую именно парадигмальные рамки мешают взглянуть на проблему под новым углом и тормозят появление принципиально новых теорий.

Так, например, избыточная абстрактность многих авторов оторвавшись от психологических реалий, приводит к усложнению материала с потерей адекватного восприятия вполне интуитивно понятных категорий.

В ряде работ «мотив» рассматривается только как интеллектуальный продукт мозговой деятельности. Так, например, Ж. Годфруа [5] пишет, что «мотив» – это соображение, по которому субъект должен действовать. Или например, X. Хекхаузен [6] утверждает мотив как «конструкт мышления», т. е. теоретическое построение, а не реально существующий психологический феномен. Он пишет, что в действительности никаких «мотивов» не существует, они не наблюдаемы непосредственно и поэтому не могут быть представлены как факты действительности. Они лишь облегчающие понимание вспомогательные конструкты нашего мышления, вставляемые в схему объяснения действия между наблюдаемыми исходными обстоятельствами и последующими актами поведения.

По этому поводу А. Н. Леонтьев [7] писал, что работы по проблеме мотивации почти не поддаются систематизации – до такой степени различны те понятия, по поводу которых употребляется термин «мотив», и что само это понятие превратилось в большой мешок, в который сложены самые различные вещи.

О свободном трактовании понятия «мотив» в художественной литературе и говорить не приходится. Любая причина поступка называется мотивом. Неудивительно, что подчас исчезает сам предмет обсуждения, или же высказываются предположения, что современные понятия о нем описывают не одну, а несколько реальностей, не совпадающих друг с другом [8].

В зарубежной психологии имеется около 50 теорий мотивации. В связи с таким положением В. К. Вилюнас [9] высказывает сомнение в целесообразности обсуждения вопроса, что такое «мотив». Вместо этого он предлагает сосредоточить внимание на более отчетливом обозначении и описании отдельных феноменов, принимаемых в качестве побудителей активности. Другой подход предлагает В. А. Иванников: нужно сузить содержание понятия «мотив» до какой-то одной реальности, а для обозначения других ввести новые понятия. Термин «мотив», по его мнению, нужно закрепить за устойчивыми образованиями мотивационной сферы в виде опредмеченных потребностей, а для обозначения конкретного ситуативного образования, непосредственно инициирующего деятельность, использовать термин «побуждение».

Подходы предлагаемые В. К. Вилюнасом и В. А. Иванниковым вполне исходят из научной необходимости вернуться от «интеллектуализаций» на тему мотивов человека, к воспринимаемой конкретике и построению более адекватных теорий.

Попытки феноменологического выделения различных психических процессов, в качестве объектов исследования, и установления взаимосвязей между ними предпринимались достаточно давно. Практически с этого и начиналась психология как наука.

Именно экспериментальная психология, уходящая корнями к лабораторным опытам Вундта, легла в основу советской психологической школы, и именно она претендует на статус наиболее научной.

Суть экспериментальной психологии можно свести к построению точных, исчисляемых, экспериментально проверяемых моделей психики. Что, конечно же, не дает понимания о человеке в целом, однако, создает необходимый фундамент для таких поисков: феноменологическую, терминологическую, методологическую и парадигмальную базы, - опираясь на которые можно строить новые теоретические модели.

Однако, уже в работах советских психологов можно найти попытки сформулировать единую непротиворечивую концепцию человека. Так например, А.Н.Леонтьев писал: «Мы разобрали человека на части и хорошо научились «считать» каждую из них. Но вот собрать воедино человека мы не в состоянии» (цит. по [10, с.6]).

И современный психолог-искатель должен ставить перед собой ту же самую задачу, а именно, выявления все более общих закономерностей наблюдаемых процессов и построения такой модели психики человека, которая смогла бы непротиворечиво объединить разнообразные психологические феномены и описать личность в целом, с учетом ее побуждающих и ориентирующих факторов.

Понять человека - «значит познать его духовный мир» (цит. по [11, с.6]), значит раскрыть во всем многообразии содержание всех внешних и внутренних связей личности с миром.

Выяснению существующих концепций, их критике, а также феноменологическому исследованию психологических процессов связанных с мотивационной сферой человека и посвещана данная работа.

Продолжение следует...)))

Cписок использованных источников 

1.  Маслоу А. Мотивация и личность / Абрахам Маслоу; Перевод А.М.Татлыбаевой  Abraham H. Maslow.Motivation and Personality (2nd ed.) 
N.Y.: Harper & Row, 1970; СПб.: Евразия, 1999 Терминологическая правка В.Данченко 
- К.: PSYLIB, 2004.

2.        Леонтьев А. Н. Потребности, мотивы, эмоции. / А.Н. Леонтьев. – М.,1971.

3.        Ломов Б. Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии / Б.Ф. Ломов – М., 1984.

4.       Ильин Е. П., Мотивация и мотивы, издательство Питер./ Е.П. Ильин. – П: Питер., 2011, ISBN: 978-5-459-00574-5

5.       Годфруа Ж. Что такое психология. т. 1. / Ж. Годфруа. – М., 1992.

6.       Хекхаузен X. Мотивация и деятельность. т. 1–2. / Х. Хекхаузен. – М., 1986.

7.       Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. / А. Н. Леонтьев. – М., 1975.

8.       Иванников В. А. Формирование побуждения к действию // Вопросы психологии. – 1985. – № 3.

9.       Вилюнас В. К. Психологические механизмы мотивации человека. – М., 1990.

10.  Дворецкая, М.Я. Концепция человека в религиозно-философском учении Восточно-христианской Церквиэпохи Средсневековья: Психологический аспект / М.Я.Дворецкая. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И.Герцена, 2004. - 250 с.

11.  Шаталова, Н.И. Деформации трудового поведения работника / Н.И.Шаталова // Социологические исследования. 2000. - №7. — с.26-33.